Вы здесь: Главная > Без рубрики > Для чего нужна экспертиза промышленной безопасности (ЭПБ)

Причастность к роковым событиям мира

я не могу принять исторического пренебрежения к

Нам говорят об историческом измерении, которое само по себе предполагает незначительность отдельной жизни перед эпохальным результатом. Мы восхищаемся пирамидами, красотой Петербурга, мы слышим уважительные суждения об индустриальном скачке России — но кто всерьез скорбит о египетских рабах, о безымянных, как муравьи, крепостных, чуть не продолжил: о погибших в ГУЛАГе?

Недавно образованный критик процитировал в журнале эти стихи: «Счастлив, кто посетил сей мир». Нет, то-то и оно: разве тут о счастье речь? Какое тут счастье! Но сбой памяти не случаен: причастность к роковым событиям мира, войнам, революциям, катастрофам чем-то и впрямь одаряет человека.

Говорят, человечеству зачем-то нужны страстные и даже безумные порывы, не дающие народам затихнуть в мирной, но губительной спячке, а жизни затянуться обывательской ряской; нужны герои, воинственные вожди, исторические деятели, аккумулирующие и порождающие творческую энергию. Так, во всяком случае, было всегда: подобно пару, пока он не остыл, бурление иррациональных страстей двигало историю, где одни народы самоутверждались за счет других. Может быть. Но наше время приблизилось к таким масштабам катастроф и войн, что впору здесь, видимо, что-то переосмыслить.

Не помню, кого цитирует Камю: «Не приведи Бог родиться в великие времена». Да и насчет связи величия исторического и культурного надо еще разобраться. Бах, Гёте и Гофман творили не в Германской империи. А миниатюрные города-государства Италии — чем по сравнению с ними обогатили человеческий дух и культуру империи Чингисхана, Тамерлана, османов? Я не говорю сейчас о жертвенных порывах, которые нужны и неизбежны, когда грозит опасность стране, семье, детям. Можно пренебречь своей жизнью во имя будущего, во имя счастья других — или того, что тебе кажется счастьем. Но только лишь своей, и это другой разговор. Я не могу принять исторического пренебрежения к единственной человеческой жизни и человеческому веку как к первой и важнейшей мерке, исходному масштабу всех прочих отсчетов. Что для истории наши пятьдесят-шестьдесят лет!

От рождения до смерти мы перебивались кое-как в скудных жилищах, томились в очередях (если не мучились в лагерях) — зато государство имеет что предъявить миру в качестве исторических свершений. И дети в конце концов получили квартиры с ватерклозетами, не голодают; если оглядываться не на других, а лишь на то, как было,— вот вам и оправданный результат. А жизнь ушедшую, нечеловеческую, единственную, а жизни миллионов, которые не дождались и ватерклозетов, муки целых поколений, на чьих костях эти ватерклозеты устроились,— можно сократить на самих себя, как в допустимом уравнении. Чем, в сущности, и занимались певцы прогрессивного исторического творчества. Зарубежные даже увлеченнее доморощенных.

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter
  • RSS

Оставить отзыв

contador de visitas счетчик посещений